Андрей (kapuchin) wrote,
Андрей
kapuchin

Categories:

Московские впечатления иностранца, 1927 год

Из эмигрантской газеты "Возрождение" от 21 марта 1927 года:

Предлагаемые впечатления извлечены из частного письма хорошо знающего Россию и русский язык иностранца-промышленника, письма, обращенного к его русским знакомым. Они интересны, как бесхитростная запись наблюдений лица, ездившего в Россию не с политическими, а с чисто деловыми заданиями. Ред.

Родченко Уличная торговля 1928

А. Родченко "Уличная торговля", 1928 год

Моя поездка в Москву и пребывание там прошли вполне благополучно. Никто, как мне кажется, за мной не следил, никто не допрашивал. Ехал я в международном вагоне, как до войны, причем в поезде находился также вагон-ресторан. Прислуга в этом вагоне была русская в «толстовках»; вся разница в том, что прислуга позволяет себе, когда не прислуживает, сесть также за стол и курить. Это, впрочем, везде и в Москве в ресторанах и даже вагоновожатый в трамвае сидит и публика подходит к нему за билетами. «Товарищами» никого теперь не величают, зовут друг друга «гражданином». Так, извозчики зазывают: «гражданин, куда прикажете свезти?» Так, в трамвае говорят: «граждане, проходите вперед». На Александровском вокзале, теперь «Белорусском», все также, как и раньше, те же носильщики, те же порядки все по-старому.

Извозчики в Москве (их всего 4.000 против 20.000 до войны) очень плохи. Лучше всего такси, как везде заграницей, со счетчиком, показывающим стоимость проезда. Эти такси дешевле извозчиков, в десять раз скорее и во всех отношениях лучше, только их так мало, что редко ими можно воспользоваться. Имеются еще автомобили «на прокат» - те, вне таксы, очень дороги, но тем не менее приходится к ним прибегать из-за отсутствия или недоступности других способов передвижения. Вообще, при настоящем населении Москвы все способы передвижения недостаточны.

Москва похожа на муравейник, на всех улицах громадная масса народу, магазины все переполнены, целые столы стоят перед мануфактурными лавками, на которых неизменная надпись: «Сукна нет». При мне одна дама заплатила 80 рублей за метр английского «корда» для осеннего пальто. Вот какие цены... Это последний заграничный товар, больше его не будет по валютным соображениям. Видны на улице еще хорошо одетые интеллигентные люди (бывшие люди), т. е. шуба старая еще имеет хороший вид, но как снимут ее, то платье очень плохонькое; больше всего носят толстовки. Английский мужской костюм стоит 400-450 руб., почти никто не может приобрести себе такой роскоши.

Охотный ряд 1926 год

Охотный ряд, 1926 года


Вся Москва большей частью - контора. Во всех особняках различные правительственные учреждения, управления различных трестов. Сотни тысяч государственных и городских служащих и чиновников. Высший заработок 220 р. в месяц. Гораздо лучше зарабатывают частн. купцы, т.н. частники, но их так обременяют налогами, что весь заработок сводится к нулю. Некоторые бросают частную торговлю и опять поступают на службу. Так же хорошо зарабатывают «нетрудовые классы», присяжные поверенные, но и их добивают налогами. Нести сбережения в банк не особенно рекомендуется, так как банковского секрета нет. Фининспектор имеет право справиться в банке о вашем счете. Приобрести собственность также нельзя.

Жилищный вопрос самый ужасный вопрос в Москве. Люди живут в очень тяжелых условиях. Отдельных квартир нет. Все мои знакомые с женами и детьми живут в общежитиях, т. е. в квартирах в 5 комнат живут, по крайней мере 12-15 человек, причем публика самая разношерстная: присяжный поверенный живет рядом с рабочим, причем все так рассчитано, что никто не занимает больше, чем 16 кв. аршин, но столько на человека не выходит, а гораздо меньше. Например, мой знакомый прис. пов. зарабатывает практикой, как член коллегии защитников, около 1.000 р. в месяц, живет в своей довоенной квартире в 6 комнат, но занимает только 2 комнаты с женой и детьми и с матерью. Он принимает в этой комнате, в которой и спит за шкафом и обедает с семьей. Другие комнаты заняты чужими людьми, при общей кухне, уборной и ванной. И люди так втянулись в эту обстановку, что уже забыли, что можно жить лучше.

Охотный ряд

Охотный ряд

Познакомился я также с детьми школьного возраста, девочкой 16 лет и гимназистом 10 лет. Несмотря на то, что они оба посещают гимназию, где чисто коммунистически тенденции, они - адские враги коммунизма, и, по их словам, и другие дети отнюдь не коммунисты. Так как в Москве не хватает помещений для гимназий, то учатся в две смены: младшие классы до 2 час., а старшие, мальчики и девочки вместе, с 3 до 8 вечера. Нравственной распущенности в этой гимназии нет. К счастью, в этой гимназии директором состоит какой-то старый учитель, который строжайше следит за нравственностью.

В гостинице, в которой я остановился, все, как до войны: хороший ресторан, старая прислуга так же предупредительна, как и до войны. Вся разница только в том, что официантов зовут не «человек», а «гражданин», или прямо «любезный» и говорят им не «ты», а «вы». Извозчиков же «тыкают» и с извозчиками и официантами ругают настоящие порядки и никто не стесняется открыто выражать свое неудовольствие. Проезжая мимо памятника Революции, напротив бывшего Губернаторского Дома, теперь Дома Советов, извозчик сказал: «Вот вам памятник свободе только на бумаге».

В общем, политикой никто особенно не интересуется, все заняты своими делами. Все норовят как можно меньше платить налогов и скрывают поэтому свои доходы. Правительство чувствует себя хуже всего, так как сидит без денег, и в Москве говорили, что, в виду того, что для снабжения фабрик и заводов нужным заграничным сырьем у правительства нет валюты, последнее думает о возвращении фабрик и заводов бывшим собственникам.

Вообще, коммунистов я не встречал, особенно в правительственных учреждениях. Один служащий в В.С.Н.X. прямо сказал мне: « У нас коммунизма нет. Мы хотим работать и зарабатывать и если вы желаете открыть фабрику, то, милости просим, все сделаем для вас, только не спрашивайте валюты, т.к. ее нет у нас». Ну, а без валюты мы (т. е. промышленники) работать не можем.

Мне говорили, что расстрелы продолжаются, но про них не пишут в газетах. Вообще, все мои знакомые еще очень запуганы и никто не решался навестить меня в гостинице. Из ресторанов Яр, Стрельна, Эрмитаж закрыты; работает только Прага с цыганским хором и несколько кавказских погребов с хорами, а также кофейная Филиппова. Улицы кишат народом, театры переполнены, город очень чистый. Все лестницы во всех домах освещены всю ночь, везде огромные плевательницы, все дома снаружи снабжены электрическими лампочками, так что свету очень много.

Может быть, в этом году вы вернетесь в Москву на ваши фабрики и заводы, которые сохраняются и работают. Может быть, советское правительство, действительно, проведет денационализацию промышленности?! Кто знает?

Tags: 1920-е, Москва, русская история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments