Андрей (kapuchin) wrote,
Андрей
kapuchin

Categories:

Москва, 1941 год, из дневника врача скорой помощи А. Г. Дрейцера

В Москве 20 октября 1941 года было введено осадное положение, тема этого выпуска киножурнала - оборона Москвы.

1941-ноябрь

19 октября.

Какая-то тревога в городе. В пригородах снимают провода электропоездов. На привокзальных площадях давка, не пройти. Грузят вещи, чемоданы. Носильщики сваливают "мест" 30-40 на тележки и куда-то увозят "места". За каждое место платят 50 рублей и больше.

Везде одна тема разговора: куда ехать, куда едете, что везете с собой и т.д.

Заводы и фабрики отпустили рабочих. Дали аванс на месяц вперед. Выдают всему населению по пуду муки.

Метро сутки не работало. То ли ремонт, то ли срочная перевозка, а толков и слухов масса.

На базарах и на улицах продают краденые конфеты и шоколад. Говорят, будто мясокомбинат разбомблен. По улицам проходят гурты скота. По Садовой угоняют куда-то несметное количество свиней. Темные личности бродят около и тянут в подворотни свиней чуть ли не на глазах у пастухов.

Объявлено осадное положение.

Появляется приказ т. Пронина. Рабочие возвращаются к станкам. Начинают строить баррикады. Москву будем защищать. Ленинград не сдается, и мы не сдадимся!

Работаем как всегда!
[...]
11 часов. Массовое отравление сухим денатуратом. "Теплой компании" надо было выпить. Чистят его новым способом, "испытанным". [...] Всего восемь человек. К вечеру трое скончались, остальные в тяжелом состоянии. Поправился только самый молодой из них.

6 часов вечера. Аналогичный случай. Гражданка Н., 49 лет отравилась денатуратом. Уговаривала своего сожителя выпить. Тот попробовал - отказался. Она - привычная пьяница. Два месяца пьет одеколон. На полках масса флаконов из-род одеколона и духов. Сейчас нельзя достать одеколон. Попробовала денатурат. Больше не будет.

24 октября

В городе стало спокойно. Холодно. Печушки, жаровни, электрические приборы - всё на ходу.

Из пострадавших домов многие временно переезжают в квартиры эвакуированных. Население привыкает к бомбежкам и реву артиллерии.

За Брянским [сейчас Киевским] вокзалом забаррикадированы боковые улицы. На окраинах баррикады. Население помогает саперам переносить мешки с песком.
[...]
8 часов вечера Темно. ВТ. Воздушной волной сшибло мужчину 17 лет. Труп. Бухгалтер. При нем 9000 денег, чек на очень крупную сумму и бутылка водки.

1 час ночи. Много пострадавших от бомб. Попадания в жилые дома. Среди пострадавших двое знакомых.

Na zavode

На фотографии старший мастер цеха №5 Станкостроительного завода им С. Орджоникидзе Н.И. Дудин и фрезеровщик 4-ого разряда Володя Савинов. Фото П. Марковского. Из книги "Москва военная. 1941-1945. Мемуары и архивные документы", М., Мосгорархив, 1995, с. 634.

29 октября.

Большие дома окрашиваются в разные цвета для лучшей маскировки. ВТ участились. Бывает шесть раз в сутки.

4 часа дня. Мальчик 17 лет забрался на крышу 9-этажного дома, где гонял голубей. ВТ, Шальная пуля попала в голову. Мальчик мертв.

7 часов вечера. На углу пылает легковая машина. Еще бомба. Вскоре загорается огромное здание ЦК партии. К счастью, в доме никого нет. Пламя быстро перекидывается от одного окна к другому, и из одного этажа в другой. Еще несколько бомб. Летят стекла. Воздушная волна сшибает людей. Много легкораненых. Их перевязывают тут же. Очень деятельно работают женские бригады.
Работаем в очаге поражения до поздней ночи.

4 ноября.

Опять на вокзалах почему-то масса людей. Видел женщину с тремя детьми, которые цеплялись за её юбку. На спине у неё два мешка. Я оглянулся, когда она прошла, и тут только заметил у нее под мышкой 2-х-недельного младенца, который висел вниз головой. Головка посинела. Откликнул её и указал на ребенка. Остановилась, свалила мешки, ребенка взяла на руки. Остальным сунула в руки по куску хлеба. Сама заплакала.

9 ноября.

6 ноября - историческая речь Сталина. Москву не сдадим.

14 ноября.

Затруднения с телефоном. Много снято, много номеров заменено другими.

[...]
19 ноября.

Участились автомобильные катастрофы. В этом виноваты темнота, с одной стороны, и с другой - то, что военные шоферы не знакомы с правилами столичного уличного движения.

24 ноября.

Граждане ездят за город. Там из-под снега откапывают мерзлую морковь и свеклу.

На улице с 5 часов выстраиваются очереди на ночевку в метро. До объявления ВТ пускают стариков и женщин с детьми.

Много случаев отравления светильным газом. Газ время от времени выключается станцией. Потребители забывают закрывать краны. Потом газ включается и наполняет комнаты, чаще ночью.

[...]
29 ноября.

Холодно. Управдомы переселяют, уплотняют жильцов.
[...]
4 декабря

Канонада слышна вблизи. Много баррикад.

На "Скорой" велели приносить к обеду свой хлеб.

3 часа дня. Упало несколько бомб на улице. Разрушен сарай во дворе. Воронки на улице. Много стекла. Несколько легкораненных. К вечеру следов бомбежки уже нет.

[...]
9 декабря.

Немцы стали откатываться!!! Слышна канонада. Бомбежки участились, но всё же "непобедимая" германская армия отступает.
[...]
14 декабря.

На днях "арийцы" разбомбили университет, разбили памятник Ломоносову.
[...]
24 декабря.

Полгода войны. За водкой две очереди: мужская и женская, а то женщин отталкивают.

Из жкрнала "Источник" №2 за 1995 год.

Za biletami v teatr (FILEminimizer)

Очередь за билетами в филиал Большого Театра, декабрь 1941 года.


Tags: 1840-е, Москва, русская история, старые фотографии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments